Рассказы о Ленинграде [1984, худож. С. Яковлев] - Вольт Николаевич Суслов

Еще 4 года промелькнуло — на том же Александровском заводе построили корабль целиком из металла. Первый металлический военный корабль России.

Крузенштерн спуск тот помнит. Сошел со стапелей корабль и — под воду! Нет-нет, не утонул. Так ему и приказано было. Тем первым целиком металлическим кораблем была подводная лодка. Изобрел ее генерал-адъютант Карл Андреевич Шильдер. Ох и споров тогда было в Адмиралтействе: нужен ли такой корабль? Правительство, казна копеечки на его строительство не дали. Хорошо, что Карл Андреевич человеком был состоятельным. На свои денежки построил 6-метровую железную «сигару».

Нырнула лодка под невскую волну — только труба из воды торчит. Для наблюдения над поверхностью. А внизу, под водой, мельтешит, гребет лодка четырьмя веслами-лопаточками, устроенными наподобие гусиных лап. Впереди лодки — длиннущий бушприт-гарпун. Предполагал конструктор на тот бушприт бочку с порохом привязывать. Дескать, подберется его лодка под днище вражеского корабля, вонзит в него свой гарпун, оставит на нем мину (ту самую бочку с порохом) и скорее назад. Отойдя на приличное расстояние, пошлет по проводам в бочку искру электричества — и поминай как звали тот вражеский корабль!

К сожалению, не все до конца Карл Андреевич продумал, с лодкой произошла авария. Так ведь не набив шишек на лбу и ходить не научишься!.. Невские корабелы, они народ пытливый!

Ну, произошла неудача с лодкой Шильдера — на смену ей пришел новый проект, новой подводной лодки. Огромной! На 2 тысячи тонн водоизмещения. И кто конструктором-то оказался? Фотограф! Первый в России фотокорреспондент! Петербуржцы хорошо знали фотоателье Ивана Федоровича Александрова на Невском проспекте. Но далеко не каждый петербуржец знал, что Иван Федорович еще и физику любит, химию, оптику, математику! И вообще к технике неравнодушен. Особенно же к судостроению. И ведь какой корабль подводный придумал! Сколько в нем всего нового предложено было! Горизонтальные рули, к примеру. Или применение сжатого воздуха для удаления воды из балластных цистерн!..

А взять лодку академика Бориса Семеновича Якоби!.. Ведь это даже и не пароход уже, а электроход! 13 сентября 1838 года вывел он свое детище на Неву. Лодка. 12 пассажиров в ней. Электродвигатель, работающий от батареи в 320 гальванических элементов. И — плывет!

Да, выдумке невских корабелов позавидовать можно! От парусов отказались — и колесам отказ пришел. Тихоходные, громоздкие, они словно сдерживали бег корабля. Иван Афанасьевич Амосов и убрал их. Гребной винт изобрел! В 1848 году на Охтинской верфи был построен первый в России винтовой корабль — «Архимед».

Да, своими глазами видел Иван Федорович Крузенштерн, как один за другим сходили на воду новые и новые корабли. И строились новые и новые заводы корабельные. Поднимали свои эллинги над Невою.

Перестроились, научились новые корабли выпускать верфь на Галерном острове и «Новое Адмиралтейство». На том же Васильевском острове какой заводище вырос! Еще в 1768 году на той верфи топоры застучали. Ладили да ремонтировали плоскодонные суда, способные к проводке морских кораблей через мелководье Финского залива.

А 1 мая 1856 года начал работу частный литейно-прокатный, механический и судостроительный завод. Выполнял он заказы морского министерства. На деревянном эллинге строились суда, рядом прокатывались железные листы для судов и котлов. Родились тут мониторы «Броненосец» и «Латник», башенный фрегат «Адмирал Лазарев». Завод же незаметно в гиганта вырос. Ныне зовут его Балтийский судостроительный завод имени Серго Орджоникидзе.

Первым же крупным башенным броненосцем стал «Петр Великий», построенный по проекту вице-адмирала Андрея Александровича Попова. Помните, как еще в петровские времена английский посол Джемс Джефферис с тревогой королеве своей о «Полтаве» писал? Так теперь другой англичанин, кораблестроитель Э. Д. Рид, увидев «Петра Великого», затревожился. 9 сентября 1872 года писал он в газете «Таймс»: «Русские успели превзойти нас как в отношении боевой силы, так и в способах постройки. „Петр Великий“ совершенно свободно может идти в английские порты, так как представляет собой судно более сильное, чем всякий из наших собственных броненосцев».

Строились над Невой корабли. Поднимались стены судостроительных заводов. Все больше требовалось капитанов. И уже тесноваты стали стены старого Морского корпуса. Давно ведь построил его профессор Академии художеств Федор Иванович Волков — в 1796–1798 годах еще. Сложную задачу решил архитектор. Объединил единым фасадом три здания, стоявших на берегу Невы: бывший дворец Миниха и два соседних дома, купленных Адмиралтейств-коллегией у частных лиц. Над зданием бывшего дворца, что стоял на углу набережной и 12-й линии, возвышалось полушарие купола круглого зала. Архитектор и на другом углу, над зданием бывшего сахарного завода, такое же декоративное полушарие создал. Позже, уже в 1832 году, по предложению профессора С. И. Зеленого над колоннадой в центре здания возвели вращающуюся надстройку для размещения астрономической обсерватории. Еще позднее разместили в ней сигнально-наблюдательный пост, на мачту стали поднимать флажные сигналы.

Бронзовым же адмирал Иван Федорович Крузенштерн стал в 1873 году. Много лет проработал он в стенах Морского кадетского корпуса, много сил отдал ему. Потому и решили офицеры флота увековечить память о нем. Сами собрали средства на памятник. Скульптор И. Н. Шредер изобразил флотоводца в полной форме, при кортике, со скрещенными на груди руками, со свернутой в трубку морской картой в левой руке.

На постаменте из красного полированного гранита, созданном по проекту архитектора И. А. Монигетти, помещен бронзовый рельефный герб адмирала, по бокам от него стоят фигуры негра и малайца, ниже надпись: «Первому русскому мореплавателю вокруг света, адмиралу Ивану Федоровичу Крузенштерну».

С тех пор и стоит над Невою бронзовый адмирал.

Перед ним улица бежит — набережная Лейтенанта Шмидта.

Курсантом еще ходил Петр Петрович Шмидт по этой, в ту пору Николаевской, набережной. Здесь, в Морском кадетском корпусе, учился. Окончил его в 1886 году. Далее на Черноморском флоте служил. В Севастополе застала его революция 1905 года.

Участник этой революции А. Дмитриев вспоминал позже:

«18 октября 1905 года, уже за полдень, на Морской завод, где я работал токарем, приехал кто-то из городского комитета РСДРП и привез несколько экземпляров газеты с царским манифестом о даровании народу гражданских свобод. И в тот же день мы на своей спине почувствовали вес и цену этих „свобод“. Сперва митинг рабочих завода и военного порта пытались разогнать казаки. Мы дали им должный отпор и перешли на Приморский бульвар. Здесь, у музыкальной эстрады, уже собралась многотысячная толпа. Один за другим сменялись ораторы. Неожиданно для всех на эстраду поднялся флотский офицер и, сняв